Новиков Станислав Владимирович Усть-Каменогорск

У меня была очень сложная ретинированная восьмёрка. Я была расстроена и напугана. Пришла на консультацию со снимком. Доктор открыл его ещё до того, как я вошла в кабинет. Первое, что я услышала - ряд вопросов с нескрываемой претензией почему-то в мой адрес по поводу качества принесённого снимка. При этом Станислав Владимирович не объяснял, что конкретно со снимком не так, а несколько раз довольно агрессивно спрашивал: «И что, вот тех, кто делал этот снимок, всё устраивает? Устраивает? То есть, по их мнению, это хороший снимок?» И всё это было адресовано мне, пациентке, которая этот снимок, очевидно, не делала. Так продолжалось несколько минут, пока мои попытки выяснить, что именно ему не нравится и что нужно переделать, не увенчались успехом. Далее доктор показал мне зуб на снимке, сказал, что удаление очень сложное, что «будет больно», назвал стоимость до 100 тысяч и начал собираться и выходить из кабинета. Я попыталась уточнить, о какой именно боли идёт речь, можно ли её будет терпеть и поможет ли дополнительная анестезия. В ответ услышала, что «будет прям больно». К этому моменту я сидела в ещё большем ужасе, чем до консультации. Я успела чуть его задержать и сказать, что у меня есть проблемы с ВНЧС и что при длительном открывании рта челюсть сильно затекает и начинает болеть. Ответ был: «Ну это уже ваша боль, будете терпеть». После этого доктор вышел из кабинета. Я вышла с приёма совершенно подавленной. Не понимала, как врач с такими хорошими отзывами может так пренебрежительно общаться с испуганной пациенткой, понимая, насколько сложный у неё случай. С девушкой на ресепшене доктор при этом общался вежливо и доброжелательно, значит, по-человечески общаться Станислав Владимирович всё-таки умеет. Если не хотел браться за сложный зуб, можно было сказать прямо, а не пугать болью и раздражаться на вопросы.
Сейчас я пишу этот отзыв уже без своей проблемной восьмёрки. В итоге я удалила её у другого хирурга. Он спокойно и понятно объяснил, что мы будем делать, комментировал происходящее во время операции, а когда я рассказала о проблемах с суставом, ответил: «Без проблем. Если челюсть заболит - поднимите руку, остановимся, передохнём». Про возможную боль он сразу сказал: «Если будет больно - говорите, добавим анестезию, если ощущения терпимые - нужно будет немного потерпеть». Так всё и произошло. Никакого обещанного ужаса. Обычное долгое удаление у спокойного доктора, который понимает, что перед ним живой человек, которой страшно. Возможно, Станислав Владимирович действительно нормально удаляет зубы, я этого оценить не могу, потому что после такой консультации доверить ему операцию не решилась. Но одного технического мастерства для работы с людьми недостаточно. Умение разговаривать с пациентом, объяснять происходящее и не унижать человека, который пришёл к тебе испуганным и уязвимым - такая же часть профессиональной компетентности. [...]. Возможно, когда ты сам себе начальник и вокруг уже сформирована репутация отличного специалиста, становится очень легко решить, что над такой мелочью, как уважительное отношение к пациенту, работать больше не нужно. Не знаю, так ли это на самом деле, но именно впечатление сильно зазвездившегося врача у меня осталось после этого приёма. Когда человеку никто не может указать на недопустимость такого общения, он, вероятно, и сам перестаёт замечать в нём проблему. Я пишу этот отзыв прежде всего для других пациентов. Ну и, наверное, немного пишу его за ту напуганную себя, которая тогда сидела в кабинете и вместо того, чтобы встать и уйти после первых же нападок, в шоке продолжала пытаться вывести врача на нормальный человеческий разговор.

-

Грубость, [...] незаинтересованность врача.